Андрей Гончаров (andrey_g) wrote,
Андрей Гончаров
andrey_g

Про мелочи.


Под катом моя большая и никому не нужная статья, только что опубликованная в киножурнале "Наш прокат". Название прозаическое:

«4 часть ГК и российская культура:  смертельный удар»

4 часть Гражданского Кодекса на страже теневого бизнеса 

  

Неоднократно российские законодательные структуры  отказывались от предлагаемых представителями профессионального сообщества   идей, направленных на легализацию  рынка интеллектуальной собственности в России. Последняя формулировка чиновников в 2002 году – отмахиваемся от предлагаемых инициатив «в целях либерализации экономики и сокращения случаев бюрократического вмешательства» звучала, по меньшей мере, неуважительно по отношению к исчезающим или катастрофически страдающим из-за засилья пиратства отраслям культурного производства и всей культурно-нравственной среде в России. Без решительного желания органов законодательной и исполнительной власти пресечь деятельность предприятий-нарушителей и создать прецеденты эффективной правоприменительной практики, к примеру, одна из выгоднейших областей для инвестирования - кинопроизводство  успешно отдана на откуп преступным группировкам, совершающим в этом секторе экономические преступления такого масштаба, который вряд ли доступен пониманию простого гражданина. Скажем понятнее: к примеру, в области российского производства пиратских DVD-дисков «недоработки» государственных  правоохранительных органов равнозначны выдаче индульгенции на  воровство в сотни миллионов долларов ежегодно.  А тем временем самым беспощадным образом обкрадываемая культурная  российская среда, словно ускоряющийся экспресс, исчезает со станции «надежда» и испаряется в дымке неизвестности. И «таинственный» водитель лишь добавляет ход. Но такой уж он и таинственный? В чьих-то карманах оседают те самые сотни миллионов долларов?

 

Появление единого вида носителя для любого вида аудиовизуальной информации – первый фактор, сыгравший свою роль в быстром развитии современного пиратского рынка носителей информации. Предприятиям не требуется иметь большое количество разных типов оборудования. Производство носителя в формате CD (аудио-формат) и DVD (видео-формат)  происходит на стандартных линиях репликации. И крупные производители очень быстро приобрели и установили объемы оборудования, достаточные не только для 100 процентного охвата российской территории, но и сопредельных государств. По мнению директора РАПО (Российской антипиратской организации) Константина Земченкова российские пиратские DVD широко распространяются в 14 европейских странах. Иными словами, по его мнению, из 250 миллионов дисков, ежегодно производимых в России, за границу отправляется 190-200 миллионов DVD. А Россия, ввиду слабости и непродуманности государственной системы контроля реализации объектов авторского права, оказывается в компании стран, также не особо обремененных   охраной собственных моральных и нравственных ценностей - Китая, Египта, Индии, Турции, Бразилии, Аргентины, Венесуэлы, Кувейта, Ливана, Пакистана, Филиппин, Израиля и Индонезии – 13 самых неблагополучных стран в области поощрения экономических преступлений в отношении авторского права.

 

Но есть «небольшая» неточность в цифре, указанной директором РАПО. Реальные объемы производства DVD на территории России существенно больше. Производители контрафактной продукции только в месяц производят не менее 30-40 миллионов DVD для внутреннего рынка. А это означает, что за год их произведено не  менее 350-500 миллионов. Очень точные цифры собрать в России  крайне сложно, поскольку любой пират при существующих мерах контроля фактически не обязан отчитываться перед правообладателями о реальных тиражах своей продукции. Но математика подсчета крайне проста. Действующих заводов в России по производству DVD более сорока. На каждом преимущественно более 2-х линий по производству дисков. Производительность одной линии в зависимости от обстоятельств от 400 до 600 тысяч дисков. Иными словами, завод с имеющимися двумя линиями производит миллион DVD. А ведь в России заводов, на которых установлено свыше 2-х линий, более, чем достаточно. Можно, казалось бы, возразить – «бедные» заводы простаивают. Только тогда появляется другой вопрос. Почему заводов с каждым месяцем становится больше, и почему многие из них регулярно расширяют свои производственные мощности? А потому, что…

 

Даже если в целях контроля правообладатель печатает сам тираж полиграфии и реализует его на рынке - ничто не мешает недобросовестному производителю допечатать новый тираж. А у самого правообладателя право проверить производителя существует только формально. Для инициирования соответствующих проверок  нужно  быть совершенно уверенным, что в момент проверки производитель занят обворовыванием именно того правообладателя, чьими усилиями и осуществляется проверка. На практике это абсолютно невыполнимо. Но если даже каким-то чудом факт производства незаконной продукции установлен, в бухгалтерии завода обязательно окажется документ, на основании которого данный заказ на производство был размещен посторонней компанией. Директор – подставное лицо или владелец украденного паспорта. Но фирма имеет юридический адрес, счет в банке и все необходимые реквизиты. Правообладателю после всех своих титанических усилий остается судиться только с теми, кто на самом деле не является лицом, способным возместить реальный ущерб. При этом крупный пират с помощью коррумпированных чиновников, как правило, из силовых структур, обязательно даст понять, что  следующую проверку соответствующие инстанции начнут крайне неохотно, и вряд ли она будет иметь положительный для правообладателя результат. Что, видимо, и является смыслом фразы «сокращения случаев бюрократического вмешательства».

 

По официальным данным в течение 2004 года приостановлена незаконная деятельность 325 предприятий, в том числе семи заводов по производству пиратской продукции. Возбуждено 650 уголовных дел. К административной ответственности привлечено 29 479 человек и возбуждено 1917 уголовных дел. Привлечено к уголовной ответственности 989 человек. В бумагах МВД цифры впечатляют. Фактически, это – лишь статистика того, как невооруженные отряды добровольцев штурмуют хорошо укрепленные рубежи тщательно подготовившегося  и вооруженного до зубов противника. Ознакомимся с арсеналом сторон.  На стороне рядового правообладателя: энтузиазм, чувство униженного достоинства, статья 48 Закона Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах, статья 146 Уголовного Кодекса, статья 7.12 Кодекса Российской Федерации об административных нарушениях, статья 151 Гражданского Кодекса Российской Федерации и прокурор (хотя далеко не всегда). Немало. На стороне производителя контрафактной продукции: армия юристов и адвокатов, неограниченные финансовые возможности, удобное географическое расположение (в регионе, преимущественно на режимной территории и под «крышей» госчиновников). Тоже хорошо. Что в результате? В российских магазинах 90 процентов реализуемой продукции – контрафактная. Замечательный результат «либерализации экономики» и непреложный факт, говорящей о реальном перевесе сил в этой странной борьбе, где государство пассивно взирает, как вместо  производства произведений культуры российские авторы беспомощно ломятся в двери укрепляющих свое влияние преступных  элементов.  

 

Но государство собралось с духом и совершенно неожиданно заявило о своем намерении в корне изменить ситуацию на рынке ИС. Только забыло уточнить – в худшую или лучшую сторону?

 

 

4 часть Гражданского Кодекса.

 

Казалось бы – лоббируемый Правительственной Комиссией по интеллектуальной собственности новый законопроект должен кардинально решить все проблемы в отрасли. Уверенность в этом главного разработчика - Вениамина Яковлева, тем не менее, поражает на фоне дружного консолидированного мнения российской киноиндустрии, научной общественности, музыкального рынка и сферы производства программного обеспечения резко против самой концепции данного документа.

 

Возникает вопрос – после стольких лет невнимания к реальным нуждам индустрий, в ситуации, когда сами представители индустрий становятся инициаторами поправок в специальные законы, неужели так необходимо спускать не согласованные с общественностью «законопроекты» сверху? Зачем нужен закон, который реально не одобряется теми, чьи интересы данный документ, казалось бы, должен отстаивать? Неужели мало уже официально признанного 90 процентного уровня в России интеллектуального пиратства? И нужно его увеличивать?

 

Вот, например, мнение Кафедры ЮНЕСКО, объединяющей 19 докторов и 32 кандидата юридических наук, специализирующихся в области права интеллектуальной собственности и информационного права.  4 часть ГК как минимум опасна не только своим возможным деструктивным воздействием на всю архитектонику российской правовой системы, но также неизбежным разрушением сложившейся правоприменительной практики, которая, безусловно, нуждается в совершенствовании. В свою очередь, развал правоприменительной практики приведет к неминуемому оттоку инвестиций из интеллектуалоемких сфер экономики, стагнации этих сфер и, в целом, к разрушению интеллектуального потенциала России.

 

Или вот мнение Гильдии продюсеров России, объединяющей 80 самых известных кинопродюсерских компаний страны: «Проект не учитывает специфики правовых отношений в кинематографии и предусматривает радикальное изменение правовых условий создания и использования  аудиовизуальных произведений, что не просто затруднит процесс создания и использования фильмов, но поставит под вопрос само существование киноиндустрии».

 

Судя по анализам 4 части, которые предоставляют разные специалисты – ее недоработанность может на самом деле нанести серьезный финансовый ущерб любому правообладателю на территории России. Правообладателям грозит проведение масштабного перезаключения договоров со всеми авторами. Масштаб ущерба пока трудно представить.  Еще одно интересное «нововведение» в 4 части – это «право на отзыв», которое в расширенном варианте получает автор. И он вправе им воспользоваться в любой момент, независимо от обстоятельств, в которые попадет при этом правообладатель. Иными словами, все переданные, (проданные) права, авторы получают возможность отозвать обратно.

 

Еще более резкое заявление делает Республиканский научно-исследовательский институт интеллектуальной собственности. Законопроект, в случае его принятия, дезорганизует  складывающуюся правоприменительную практику, на восстановление которой потребуется с учетом предыдущего периода до десятилетия. В результате, можно прогнозировать, что права и законные интересы правообладателей не будут реально охраняться, а государственные органы не смогут эффективно исполнять свои функции по их государственной защите. Данный законопроект можно рассматривать и как попытку экономической амнистии незаконного использования, в том числе при приватизации, результатов интеллектуальной деятельности, ранее полученных при бюджетном финансировании  со стороны государства. Такой подход противоречит курсу, заявленному Президентом России,  по защите государственных интересов в этой сфере.

 

Может быть, данный законопроект призван защищать интересы как раз тех загадочных лиц, которые являются «счастливыми» обладателями сотен миллионов, не найденных выше?

 

 

Тем временем пиратам облегчается уход от ответственности

 

Не так давно пробелы в современных нормативных актах, призванных регламентировать выпуск электронных носителей с интеллектуальной собственностью, позволяли пиратам смотреть в будущее скорее с оптимизмом, чем с тревогой. Учитывая скорый потенциальной ввод 4 части ГК в действие – им теперь, видимо, и вовсе нечего бояться. По мнению одного из руководителей рабочей группы – профессора Маковского, 4 часть совершенно не направлена на то, чтобы убрать контрафакт с улицы. Такое странное «заявление» прозвучало 16 мая на обсуждении в международной торговой палате  законопроекта между разработчиками и представителями бизнеса в присутствии чиновников из министерства экономического развития и торговли, а также правового управления президента России. На что же тогда эта злополучная часть ГК направлена..?!

 

Если не чиновникам, то просто разумным людям необходимо отдавать себе отчет – то, что формально является культурной средой, на самом деле представляет на сегодняшний день криминальный серпинтарий. Видимо, 4 часть ГК и призвана стать регламентом его обслуживания. А не способом кардинального искоренения. В ее тексте столько противоречий, (а в соответствии со статьей 15 Конституции РФ в этом случае  будут применяться нормы международного права), что попытки правообладателей эффективно отстаивать свои интересы в  российском суде будут крайне затруднены. Значит, принятие данного законопроекта является бесполезными, а с учетом последствий для защиты национальных интересов России, даже вредным. Все тот же профессор Маковский на обсуждении 16 мая на вопрос начальника лаборатории судебной защиты интеллектуальной собственности Карелиной: «Учитывалась ли при разработке такого масштабного документа современная судебная практика?» - ответил отрицательно.

 

Между тем, люди, зарабатывающие криминальные деньги на обворовывании   культурной среды России, не намерены с этими доходами расставаться. И пойдут на все ради их сохранения. Подкуп должностных лиц, шантаж и угрозы, коррупция в тех органах власти, в чьем территориальном ведении находится предприятие пирата  – вполне стандартный набор владельцев крупных заводов по производству DVD. И это вполне естественно. В борьбе за влияние на своей территории против себе подобных такое «крышевание» и силовое давление – необходимые элементы защиты интересов. Вполне презентабельный способ отмывания средств таких предприятий – содержание так называемых рекордз-компаний для отведения подозрений в укрывании незаконных доходов. Один из успешных приемов, осуществленных крупными производителями контрафактной продукции - поддержка тех российских рекордз-компаний, которые перенаправляют свои активы в покупку  дешевых прав на зарубежные фильмы не первой свежести и их выпуск  на российский рынок. Размещение заказов на производство этих старых фильмов является отличным прикрытием производства огромных пиратских тиражей современных зарубежных и отечественных фильмов, еженедельно появляющихся в российском кинопрокате.  На практике это лишь способ «отмывания» денег и   захвата рынка  лицензионных DVD.

 

В 4 части ГК что-то по этому поводу написано о способе прекращения деятельности предприятий-производителей контрафактной продукции или отражены реальные нужды современного рынка интеллектуальной собственности в России? Специалисты-правоведы и сами разработчики считают, что нет… Вместо обязательной конфискации контрафактных экземпляров произведений и фонограмм (ст.49.1.Закона) п.5 ст.1251 предусматривает лишь возможность изъятия таких экземпляров. А статья 1251 проекта полагает, что наложение ареста на контрафактные материальные носители может быть обусловлено внесением правообладателем залога. То есть, если у автора нет материальных средств, такие носители переходят неизвестно в чью собственность.

 

Так же крайне противоречива статья 1228 проекта, в которой авторы пытаются ввести возможность защиты после смерти автора его авторства и имени любым заинтересованным лицом. При введении такой возможности, у любого мошенника появится лазейка для получения под видом защиты прав автора денежных сумм.

 

 

Как впихнуть невпихуемое?

 

Каким образом взаимосвязаны бесконтрольные тиражи носителей формата DVD и CD с угрозой российской культуре? Самым прямым, и в подтверждение этому есть  большой ряд доказательств. Отсутствие официальной государственной политики в первую очередь не позволяет снимать малобюджетное, но любимое зрителем кино: комедии, сериалы для детей и подростков, мультфильмы, семейное кино и мелодрамы. Не всякий проект целесообразно пускать в широкий прокат с рекламой, идентичной рекламе западного блокбастера или отечественного «Ночного(Дневного) дозора». Хорошая российская мелодрама или фильм для подростков может и не собрать в прокате требуемых для окупаемости производства и рекламной кампании средств. А на рынке механических носителей она сполна вернула бы своему создателю затраты. Однако в условиях «сокращения случаев бюрократического вмешательства» в области защиты рынка интеллектуальной российской собственности это, к сожалению, невозможно. Значит, по-настоящему «вкладываться» без большого риска прокатчики могут лишь в масштабные высокозатратные проекты, предпочтительно «блокбастеры». Способные соперничать с эквивалентным продуктом киноиндустрии других стран. 

 

В бизнесе  штамповки музыкальных пиратских носителей заводы-производители стараются не допустить появления на контролируемой ими территории конкурентов. Причем в качестве конкурентов они рассматривают лишь других производителей контрафактной продукции. С этой целью цена выпускаемой ими контрафактной продукции  предельно низка. Это абсолютно исключает появление на огромных российских просторах более дорогого лицензионного продукта. Как следствие, исполнители и компании, выпускающие музыкальные альбомы, лишены возможности рекламировать свой продукт, возвращать потраченные средства и снова  их  инвестировать в производство новой музыкальной продукции.  Заводы и их дистрибьюторы контролирует цену пиратской продукции  на всей территории России. Не позволяя тем самым самим зарубежным и отечественным авторам и правообладателям получать законные авторские сборы с десятков миллионов носителей на огромной территории России. 

 

Обычному потребителю невдомек,  какие ресурсы необходимы для записи музыкального альбома и его последующей рекламы. 99 процентов читателей наивно предполагают, что в этой отрасли важен талант. Который «обязательно прорастет сквозь асфальт» российского музыкального пиратства. Но профессиональный подход к созданию концертной программы профессионального исполнителя и ее рекламу требует сотен тысяч долларов. Только самые сумасшедшие продюсеры рискуют заниматься сегодня реальным продвижением единичных исполнителей. В стране с огромным населением, большим количеством вокальных и музыкальных образовательных отделений, развитыми сетями теле и радио вещания этот поразительный нонсенс смог возникнуть только благодаря поразительному бездействию государственного аппарата в области защиты интеллектуальной собственности. Бездействующего под странным оправданием «либерализации экономики и сокращения случаев бюрократического вмешательства».

 

Взамен граждане России пожинают процесс так называемой «дебилизации», незащищенность творческого сословия представителей культуры, уничтожение легального сектора экономики, подмену культурных ценностей, расцвет «теневых» производителей и их диктатуру на рынке создания псевдо-культурного продукта.   Стоит ли того невнимательность современной российской законодательной и исполнительной власти? Вряд ли какое-либо оправдание может существовать вообще.

 

Какие бы благие намерения не двигали разработчиками 4 части ГК – мнение общественности, чьи интересы эта глава должна обслуживать, проигнорировано быть не может. А общественность настроена категорически против ничем не обоснованных инициатив «сверху». Тем более – не согласованных. Если выше перечисленные проблемы огромной индустрии рынка интеллектуальной собственности в России 4 частью ГК не решаются – значит, это не закон, а фикция. И без тщательного обсуждения с профессионалами принят быть не может. Тем более недопустима ситуация, при которой советник президента России Вениамин Яковлев огульно называет всех оппонентов 4 части ГК «представителями теневого бизнеса». В который каким-то образом попали «Найк», «Майкрософт», «Первый канал», «1С», «РУСбренд», вся киноиндустрия России и многие другие компании и общественные организации. Такие скоропалительные заявления, мягко говоря, свидетельствуют в пользу его «детища».

 

 

   Славное прошлое и печальное будущее

 

Немного из истории российского кинематографа. Рентабельность советского кинематографа составляла 900% в год. В интервью для журнала «Variety» бывший зампред Госкино СССР Борис Павленок  говорил о том, что кинотеатры в СССР посещают 4 миллиарда зрителей в год.  Средняя цена билета была 22,5 копейки и при кассовых сборах в 1 миллиард рублей со всей киносети получается именно такая цифра. Этого хватало, чтобы вернуть кредит, вести производство, оплачивать тиражи фильмов. Примерно 550-570 миллионов забирало государство в виде налогов. Оставшегося хватало, чтобы делать такие картины, как "Война и мир" или эпопею "Освобождение".

 

Нет никаких оснований сегодня предполагать, что сегодня сфера производства кино и музыки может быть убыточна. Единственная разница – рынок зрителей разделился на две части. Есть поклонники домашнего просмотра, и есть кинозрители. Для строительства современных кинопрокатных сетей, полностью охватывающих российскую территорию, российским кинопрокатчикам  потребуется еще не менее десяти лет и огромные финансовые затраты. Но навести порядок на рынке домашнего видео можно достаточно быстро и без особых затрат. Но для этого нужны тщательно взвешенные и выверенные инициативы, а не рекламные пиар-способы неких  представителей научного сообщества, знающих о реальных нуждах производителей интеллектуальной собственности, авторов, продюсерских компаний, владельцев торговых марок и так далее лишь по наслышке.

 

Но для этого соответствующие субъекты законодательных инициатив должны как минимум обратиться за консультациями к самому профессиональному сообществу. Уж кто как не оно знает свои нужды? Предоставьте, господа законодатели,  площадку для ОБЩЕСТВЕННОГО обсуждения искусственно созданной проблемы незащищенности ИС в России.   А не «рожайте» в кабинетной глуши законопроекты, про которые можно сказать лишь одно: 4 часть ГК – необдуманный шаг, сделанный наперекор мнению тех, кого она призвана защищать.

 

Простой пример. Статья 1265 проекта вводит новое по сравнению с ЗоАП неимущественное право автора – право на неприкосновенность, означающее невозможность без согласия автора вносить в его произведение изменения, сокращения и дополнения, снабжать произведение при его использовании иллюстрациями, предисловием, послесловием, комментариями или какими бы то ни было пояснениями. Для кино и ряда других отраслей промышленности, существование такого права на бессрочной основе будет означать практическую невозможность создавать аудиовизуальные произведения с использованием произведений, вошедших в общественное достояние, поскольку любое использование произведений в рамках сложного объекта невозможно без переработки или внесения иных изменений.

 

Вот что говорит руководитель Кафедры ЮНЕСКО в России профессор М.А.Федотов:

 

- Что же будет в случае насильственного проталкивания такого, с позволения сказать, нелицеприятного «документа»? Конечно, режиссеры, композиторы и академики вряд ли выйдут на улицу под лозунгом «Руки прочь от интеллектуального потенциала России!» Они сделают проще – упакуют чертежи и рукописи и уедут туда, где талант ценится не только на словах, а стабильность покоится не на нефтяных ценах, а на демократических традициях. Мы же потом будем десятилетиями восстанавливать то, что было разрушено ошибочным политическим решением. Получается, что экономия на демократии оборачивается расширенным воспроизводством ошибок, исправление которых, в свою очередь, требует затрат, многократно превышающих экономию.

 

Андрей Гончаров

руководитель компании по производству

детских полнометражных фильмов.

    

 

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 75 comments